Соловьев С.М. История России с древнейших времен Книга пятая Том 21-25
 
 
 
  Предыдущая все страницы
Следующая    
Соловьев С.М.
История России с древнейших времен
Книга пятая
Том 21-25
стр. 459


нее, похожи друг на друга, откуда бы ни были взяты их имена – из древнерусской или персидской истории, и так как Сумароков не обладал сильным талантом в изображении природы человеческой и не мог успешно бороться с языком, не вышедшим еще из хаотического состояния, то и не предохранил своих произведений от забвения. Но мы не можем не привести некоторых мест из первых трагедий Сумарокова, ибо слова, произносимые со сцены в юном обществе, слова, которые жадно хватались и заучивались, не могли не производить особого впечатления, более сильного, чем то, которое производят сухие нравоучения, например слова Гамлета:

Я бедствием своим хочу себя явить, // Что над любовью могу я властен быть. // Люблю Офелию, но сердце благородно // Быть должно праведно, хоть пленено, хоть свободно.

Или слова Гостомысла в трагедии «Синев и Трувор»:

Где должность говорит или любовь к народу, // Там нет любовника, там нет отца, ни роду.

Или слова Секиры:

От знатной крови я на свет изведена: // Должна ль я таки быть страстями побеждена, // Чтоб делали они промены те в Секире, // Какие свойственны другим девицам в мире? // Где жизни вальные примеры находить, // Коль в княжеских сердцах пороки будут жить? // Иль преимущество имеем пред другими // Одними титлами лишь только мы своими?

Мы должны остановиться на комедиях Сумарокова, потому что какой бы чуждый образец ни имел перед глазами автор, все же он, представляя будничную жизнь, не может отрешиться от явлений окружающего общества, тем более что в комедии указания на ближайшие неправильные явления, от которых терпит общество, дают особенную силу, значение сочинению, чем автор пренебречь не может. Разумеется, в литературных произведениях сатирического свойства, комедиях и собственно сатирах всего резче выставляются те явления, которые лично затронули самого автора, и в первых комедиях Сумарокова мы видим педанта, карикатуру ученого, под которою современники легко могли узнать известного профессора элоквенции Василия Кирилловича Тредиаковского. Можно наполнить Томы описанием ссор и перебранок между русскими учеными и литераторами, начиная с Ломоносова, Тредиаковского и Сумарокова. Явление это всегда способно было возбуждать глумление толпы над людьми, которые считали себя наставниками народа, а между тем подавали очень дурной пример наставляемым. Но надобно было войти в их положение. Обыкновенный человек в продолжение всего своего общественного поприща мог получать замечания от начальствующих лиц, и то редко публично; пересудов же и насмешек от равных себе он вблизи не слыхал, когда же приходилось слышать, то он равнодушным не оставался; но эти перебранки обыкновенно не имеют большой гласности. Но вот ученый или литератор передает свое произведение публике, которая начинает поучаться из книги, наслаждаться поэтическим произведением, а тут раздается голос публично, во всеуслышание, что книга ученого наполнена ошибками, что трагедия или ода наполнена неправильностями относительно языка, здравого смысла, господствующей теории. Публика смущена, ждет ответа от автора, хочет присутствовать и судить в споре; раздражение человека, которого из ученого низводят в невежды, из художника – в человека бездарного, – раздражение автора доходит до высшей степени, которую редко кто испытывает хотя раз в жизни, а несчастный автор должен испытывать каждый раз при издании в свет своего произведения. Понятно, что при защите, когда надобно поддержать свой авторитет против подкапывающихся позднего соперников, первое средство, за которое хватается в раздражении защищающийся, – это подкапывание под авторитет нападающего: «Ты обличаешь меня, а сам-то ты каков? И, будучи исполнен таких недостатков, какое право имеешь обличать других?» Тут насмешка, более всего доступная и приятная толпе, играет главную роль, но поэтому-то самому насмешка и более всего раздражает; несчастному автору кажется, что всякий встречный улыбается при виде его.

Понятно, что такого раздражения между авторами не может быть в странах, обладающих крепким и широко распространенным образованием: здесь автор, сознающий несправедливость возражений, спокоен, зная, что в обществе много людей, которые не станут на сторону его противника потому только, что тот написал несколько резких и насмешливых заметок, зная, что в обществе образованном нельзя поколебать авторитета одними криками, насмешками. Самая резкость нападок из противного лагеря служит доказательством важного значения ученого или литературного произведения, потому успокаивает автора вместо раздражения, и если автор чувствует необходимость полемики для уяснения вопроса, то ему не нужно спешить, он сделает это при полном спокойствии и потому с полным достоинством, без личностей и брани.

  Предыдущая Начало Следующая    
 
Новости
Том Фелтон подтвердил влюбленность Гарри Поттера в Драко Малфоя
Актер предположил, что Малфой и главный герой романа Джоан Роулинг постоянно конфликтовали из-за романтического влечения Поттера.
Саша Белый и Антон Городецкий могут стать героями детского фильма
Речь идет об определении получателей субсидий на производство кинолент. "У нас сейчас появляется много фильмов про девяностые годы, а мы хотим рассказать про нулевые, которые дали новых героев, новую культуру", - пояснил Одинцов.
В сети появилась ранее неизданная версия песни Фредди Меркьюри
Из версии 2019 года вырезали весь инструментальный ряд, оставив лишь вокал вокалиста Queen и фортепьяно. В сети появилась ранее неизданная версия композиции "Time" Фредди Меркьюри под названием "Time Waits For One". Трек, сопровожденный архивным видео, был опубликован на канале Freddie Mercury Solo.
Начался XVI Международный конкурс имени Чайковского
Начался XVI Международный конкурс имени Чайковского В Большом зале консерватории торжественным концертом с участием пианиста Даниила Трифонова открылся XVI Международный конкурс имени Чайковского.
Россиянин Жерар Депардье может сыграть роль Льва Толстого
Российский режиссер Станислав Лебедев намерен пригласить французского актера Жерара Депардье на роль писателя Льва Толстого в фильме «Воронье гнездо». По словам режиссера, Депардье, у которого есть российское гражданство, вполне мог бы сыграть писателя, сообщает ТАСС.
Французский музыкант Филипп Здар умер, выпав из окна
Участник известного дуэта Cassius диджей Филипп Здар погиб во Франции в результате несчастного случая. Агент музыканта Себастьен Фарран рассказал, что Здар упал с верхнего этажа одного из старинных зданий в Париже.
все страницы карта библиотеки
© 2003-2011 Историко-Мемориальный музей Ломоносова. Неофициальный сайт.

Яндекс.Метрика